May 26th, 2019

olga

Ресинские новоделы и экклезиологический ликбез

История «скверного храма» в Екатеринбурге выявила, помимо нарастания и кристаллизации массового общественного антиклерикализма, более чем оправданного текущими обстоятельствами, заведомое искажение церковными функционерами правил и принципов экклезиологии, то есть учения о Церкви. А ведь люди учились в семинариях и академиях, где им этот важнейший предмет преподавали! Однако распространение православного учения о Церкви отнюдь не соответствует интересам функционеров от РПЦ, и потому они предпочитают заменять знания благочестивым туманом и даже заведомой ложью. У граждан же нет ни времени, ни желания отделять зёрна от плевел.

Что ж, тогда проведём небольшой ликбез. В отождествлении Церкви как живого богочеловеческого организма с храмом, куда нужно «приходить», явно просматриваются черты ветхозаветного иудейства с его культом Иерусалимского храма, который, как известно, был разрушен — и за дело. Кстати, вас не настораживает, что главным реализатором программы загаживания Москвы (и, по её примеру, — других городов) сотнями и тысячами храмов «шаговой доступности», словно это не церкви, а табачные лавочки, примыкающие к любому дому, является не кто иной, как Владимир Иосифович Ресин, председатель Попечительского совета Российского еврейского конгресса? Не настораживает, нет? А ведь когда-то уставами запрещалось даже лечиться у врачей-евреев! Не говоря уж о том, чтобы посещать выстроенные ими, в их столь же коммерческих, сколь и идеологических целях, храмы.

На самом деле экклезиологическая иерархия ценностей совсем иная. Первична собственно вера, на основе которой и создаётся община, которая, собственно говоря, может собираться и молиться где угодно — на частной квартире, на даче, на полянке под дубком. А для совершения евхаристии достаточно антиминса — плата или покрова с частицей мощей святых. Собственно, в благословенные времена «гонений» так оно и было — священник, в крестьянском тулупе, ходил по деревням и тайно совершал в домах литургии. И попробуйте сказать, что такие тайные евхаристические собрания (как и моления первых христиан в римских катакомбах) не были Церковью!

А вот церковь в смысле помещения — это уже результат долгой эволюции и, как таковая, она имеет чисто прагматическое значение — чтобы сверху не капало. Безмерно-фантазийная сакрализация храма восходит, как было сказано, к ветхозаветному иудаизму и ничего общего с собственно христианством не имеет.

Но что же нам предлагает церковная, так сказать, реновация под патронатом Владимира Иосифовича и его соплеменников? — Она предлагает нам тысячи однотипных, насильно впихиваемых в города циклопических бетонных сооружений, испечённых по методу панельного домостроения. Есть ли в этом городе православные общины, и каковы они — это монополистов треста имени Ресина совершенно не волнует. Мысль проста: «Мы вам, паразиты, выстроили храм, даже вопреки вашим активным протестам — давайте, заполняйте его!»

Мысль абсурдная — если не кощунственная и издевательская, с точки зрения собственно православной экклезиологии.

Так что не нужно быть пророком, чтобы предсказать, в самой близкой перспективе, инволюцию — общины возвратятся в дома и квартиры, а бетонные ресинские уродцы сначала придут в запустение, а потом будут применяться по хозяйственной надобности.

Как, собственно, в нашей истории уже и было.

И на морально-религиозном духе прихожан это если и сказалось, то исключительно в лучшую сторону.

А освободившееся духовенство, абсолютно теперь избыточное, можно будет направить на стройки народного хозяйства.

    Я бы вернулась в 90-е

    Скучаю по 90-м. Или по молодости? Но по 90-м гораздо больше, чем по 80-м.
    Все девяностые каждый, вот каждый день был прям ахуенным. Кипела жизнь. И била, конечно... но, сука бурлила...

    Collapse )